Сказка «Пять Дверей»

Он стоял у каменной стены. Перед ним было пять дверей. Все одинаковые — деревянные, массивные, но не вычурные. Добротные и равнодушные. На полу валялись кости и еще какой-то мусор. Местами среди всего этого поблескивали фрагменты ярких одежд и обломки громких слов.

Read More

Диалоги с Фенгом

Идя по сырой улице шумного и душного города на юге Китая, Ци увидел старого монаха даоса, который сидел на лавочке и попивал пиво из стаканчика, упрятанного в традиционную монашескую шапку. Монах довольно улыбался и периодически поглаживал жиденькую бороду.

Read More

Незваный гость.

Незваный гость.

— Кабан, это баба кажись…
— Да не могет быть. Пацаненок видать…
— Неее… Верняк баба.
— А может из этих?.. Голубой?
— Кабан, ты попутал. Откуда у петуха смелости ночью на погост шастать? Баба это. Убогенькая, видать.
— Ща проверим.

Две тени сгустками отделились от высокого камня и пятнами текучего мрака двинулись на огонек свечи.

— Именем Тьмы и Вечности, пред ликом северной Богини смерти, взываю к жителям этого места! Я, слуга вышеобозначенной приказываю и повелеваю…
— Эй, пернатое!
Всхлип и характерный звук, изданный совсем не ртом, хором прервали уверенный и красивый речитатив.
Через несколько секунд тишины и неподвижности, бубнившее заклятие существо робко возобновило свои вокальные потуги предательски срывающимся голосом:
— … пове.. лева… ю… вам явиться…
— Ну и? — снова прервал грубый бас.
— Ччччто «ну и»? — заикаясь спросило существо, упорно отказываясь обернуться.
— Вот же ж мороженый… Явились. Ну и?
— Ик, — сказало существо и снова издало ректальный звук.
— Я не пойму. Ты конкретно меня не уважаешь или это в целом привычка жопой к собеседнику стоять? — спросил бас.
— Ик, — повторило существо и начало заваливаться на бок.

— Ну, короче вот, — продолжил рассказ Малой, поправляя бинт на полупрозрачном перерезанном горле, — когда оно хлопнулось в обморок, мы с Кабаном позырили, верняк баба!
— Куда мир катится? Бабы на погосте от имени Госпожи пытаются работать, — грустно вздохнул седой призрак в телогрейке, — и без Кабана тоска.
— Да… Повезло Кабану. Тапереча его Светкой звать. В субботу, кстати, погостить обещался, беленькой принести.

История, конечно же, вымышленная. Все совпадения, конечно же, случайны.

(С) Селар. «Сказки от первого лица».

Имя демона

Вечер не задался. Какая-то человекоподобная тварь откопала рабочий гримуар и, видимо сочтя себя вторым Соломоном, решила поэкспериментировать с вызовами.

Мы — демоны — вообще легко идем на контакт. Если присмотреться, мы на удивление общительные ребята. Только между собой нам за вечность общаться надоело до жути, а с людьми получается крайне редко. Мне по роду деятельности — чаще, чем остальным… Зато совсем недолго. Я, знаете ли, демон войны. Нет, конечно не Асмодей-Истребитель, не Вестник и даже не Легат. Рядовой военный демон, каких тысячи. Я не зло и не добро, я просто Сила, наделенная средней Волей и хорошо знающая свою работу. Между прочим, специальность у меня — весьма узкого профиля… И надо же было этому маленькому мягкому человечку именно мое имя где-то раздобыть.

Ну ладно. Зовут — надо идти. Надеюсь, он понимает, кого зовет и предусмотрел в конструкции круга мою природу… Так поболтать хочется…

….

— Товарищ полковник, разрешите доложить!

— Докладывайте.

— Предположительной причиной взрыва, приведшего к полному разрушению дома N по улице XX и шести близлежащих построек в радиусе трехсот метров является террористический акт. На данный момент подразделения МЧС…

Эх. Имя «CREPITUS» переводится как «ВЗРЫВ», неуч малолетний. Мир твоему праху.

 

(С) Селар. «Сказки от первого лица».

Про конец света (юмор)

Интро:

 

Никого не хочу обидеть, просто высказываю несколько собранных мною точек зрения на проблему )) Да, в статье много мата. Не говорите, что не предупреждал.

 

Поехали..

 

Меня ваапще умиляет вся эта шумиха вокруг конца света. Вас не умиляет? Тагда вам или похуй, или вы — абасрафшиеся потребители. Сейчас поясню эту позицию.

 

Официальная версия такова:

«АААА!! Нам всем пиздец!!»

 

Ну, или если более развернуто, то:

— На землю упадет астероид/луна/нло/ещекакаянибудьхуйня. Будет взрыв/заражение/радиация/массовые помешательства. Все умрут.

— Солнце пукнет в нашу сторону протуберанцем. Всех сдует нахуй. Все умрут.

— Евреи допьют-таки воду в кране. Все умрут. Кроме евреев.

— К власти в Штатах в ходе переворота придет Джигурда. Все умрут в корчах.

В общем, идей много, но все сводятся к одному. 21.12.12 все умрут. Возможно, кроме евреев.

 

Диалог:

— Откуда такая неебическая осведомленность?

— Как! Майя предсказали, что будет Конец Света!

— А как это от них узнали? Они ж вымерли, а письменности у них не было. Узелковые «книги» ихние до сих пор расшифровывают…

— Они оставили календарь!

— И?

— Он кончается 21.12.12 *страшно-торжественные глаза, словно выиграл войну с инопланетянами, а не собственный пиздец обосновывает*

— И?

— Ну что и? *легкое замешательство* Вот собственно и все!

— А мой календарь заканчивается 31.12.12. А в том году — 31.12.11…

— Ну ты сравниииил.. Это ж *благоговейно* майя!…

 

Лично мне видится такая картина:

Сидит майский каменотес и херачит каменным (железный — не изобрели, медный — дорого, золотой — легко мнется) молотком по зубилу. Высунув от натуги язык, выполняет заказ жреца — тот попросил новый календарик в туалет. Небольшой, современный — тонны на три.

Вдруг мимо, весело помахивая сиськами (майские женщины грудь не прикрывали), проходит смуглая баба. Каменотес высовывает язык еще больше, попадает молотком по пальцу, матерится на майском языке и, бросив инструмент, подрывается за бабой. Через пару часов, возвращаясь из леса с улыбкой шире жопы шерстистого носорога, он спотыкается и падает в гейзер. Ну может его съел саблезубый хомяк. Или украл в гарем орангутанг. Короче, заказ недоделан.

Жрец, конечно, погоревал — как же потомкам срать без календаря после 21.12.12 — но заказ забрал. Тем более, что халява.

 

Ну а чем версия плоха? ))

 

Но есть и другая.

В далекой и сказочной, полнлстью-вымышленной-все-совпадения-случайны стране сидят два полностью придуманных менеджера и абсолютно мифический политик. И думают:

М1:  Херово чето продаются наши бамбуковые ведра с гайками…

М2: Да и у нас что-то кокосовая водка плохо идет в магазины.

П: А у нас народ начал думать о государстве и даже вроде как устал раком стоять…

М1: Хм. А почему раньше стоял?

П: Ну так привык.. Еще со времен, когда всех, кто не негр, выселяли Сахару озеленять, а прически по лекалу были. Тогда ведь за крамолу можно было и умереть.

М2: А сейчас умереть не боятся?

П: Ну сейчас массовой угрозы расстрелов и репрессий нет, пирамиды достроены и сданы в музей, фараона свергли… ну, они и осмелели.

М1: А я вот читал в одном задрипанном журнальчике в туалете, что скоро конец света по версии майя. Может…

П: А что… Страх общей угрозы — он объединяет… И от мыслей ненужных отвлекает…

М2: И как перед концом света, да не выпить?!

М1: Да и кредит на ведро с гайками взять не страшно…

Хором: ты гений!

 

Вот и выходит, что если вы верите в официальную версию, вы — потребитель. Если в каменотеса, то как и я — скептик.

По-моему, скептиком быть прикольнее. Во-первых, это подтверждает, что интеллект у вас есть не только по версии Айзенка, но и вполне реально. То есть, вы умеете думать отвлеченно и независимо от прошивки средствами массмедиа. Во-вторых, быть скептиком — не страшно (ну, если конечно вообще кого-то конец света пугает), потому что скептицизм на значительную долю состоит из здорового похуизма.

Кстати, конец света — это такой вопрос, в котором вообще очень легко быть скептиком. Ведь даже если ты неправ, и конец света все же будет, то все равно умрут все, так чего париться? ))

 

Мегаполис. Картинка в словах.

Представьте… Обычная ночь. Мегаполис, как всегда, не спит. Шум двигателей, гудки машин, безумная иллюминация, огни небоскребов, освещенные улицы, голоса поздних прохожих и гомон подвыпивших компаний, периодически слышно, как с сиреной пролетает скорая или МЧС. «Толпы спокойны и люди спокойны» (с)…

На безумной высоте летит не подсвеченный ни на одной из доступных земле частот аппарат. Бездушный, не рассуждающий, мертвый. Его электронный мозг строчку за строчкой, слой за слоем читает матрицу пространственных координат, тут же стирая уже пройденный маршрут. Сопла послушно меняют угол реактивной струи, подчиняясь механике сервоприводов. Аппрат не имеет опознавательных знаков, в его памяти не хранится никакой информации о том, откуда он и чей он.

В мегаполисе становится тише. Скоро рассвет, а пока — темно и чуть влажно — на стеклах припаркованных машин выпал роса, придавая им блеск в свете фонарей и вывесок. Последние гуляки расползлись по норам, ветерок из парков усиленно пытается прогнать гарь и духоту — остатки прошедшего дня. «Вуаль Ночи спустилась. Храмы и Святые места спокойны и темны» (с)…

Аппарат заходит в точку снижения. Несущие крылья отстреливаются, их тут же уносит во тьму — больше они не понадобятся. Раскрывшиеся полудуги оперения стабилизатора начинают заунывную песню рассеченного воздуха, закручивая аппарат, входящий в гиперболу падения. Электронный мозг больше не читает координаты — они кончились, дальше движением управляет неумолимая физика. А мозг запускает внутри матового корпуса другие процессы…

Небо над мегаполисом начинает чуть-чуть светлеть, уже смутно видны столбы пара над трубами тепловых станций…

Размытая в движении черная точка воющей иглой несется в сердце города…

Город просы…

Свет.

Сначала безумный, ярчайший свет.

Звука нет. Там, где он слышен — его уже некому воспринять.

Там, где успевают увидеть свет, звука еще нет. Он придет потом, следующей поражающей волной.

Свет меркнет, открывая взору тех, кто не ослеп сразу, огненный шар. Нереально огромный, клубящийся и растущий — город на его фоне кажется игрушечным.

Шар быстро достигает облаков, пожирая пространство, уничтожая саму материю, оказавшуюся в жерле атомной печи. А вокруг него, словно круги по воде, по небу стремительно расходятся окружности мгновенно превратившейся в ничто атмосферной влаги.

И тут приходит звук. Звуковая волна разбивает стены, спресованный воздух, раскаленный до температур Ада уносит в полет целые здания, разрывает на мельчайшие часицы все, кроме камня и толстого металла, на оплавленной поверхности которых которых навечно останутся фотоотпечатки тех, кто стал свидетелями огненной смерти.

Все живое уже мертво. Ни одного человека, ни одной травинки. Только обугленные и разорванные трупы. Но тут настает очередь следующей поражающей волны. Пламя. Огненный ураган проходит над мертвой землей, вычищая ее от органической скверны, оставляя пепел.

Пепел, который будет подхвачен бушующими ураганами, закручен и поднят в небо… но не потому что это красиво и романтично, а потому что его роль — принести смерть и боль в другие места. туда, куда не дотянулся смертоносный свет, куда не дошел разрывающий звук, куда не долетели испаряющие пламенные языки. Пепел соберется в облака, чтобы с дождями принести самую жестокую часть Огненной Смерти — радиацию. И будут рождаться уроды, будут умирать от рака те, кто не умрет в первые месяцы от лучевой болезни, пластификации костей, разжижения тканей, ожогов, не убивших на месте, и прочих меток Огненной Смерти.

К чему это? Да ни к чему. Просто решил нарисовать картинку в словах. Понравилось?

Вступление к молитве

Ночь опускается на землю… Перекресток дорог погружается во тьму. Неясные тени начинают смутный, ни на что непохожий танец. Кто там? Отблески тьмы в переплетении стволов и трав? не нашедшие покоя во тьме ночи, проклятые, не имеющие права на покой, обделенные смертью? Или просто плод воображения, сочащийся липким страхом?

Предательский холодок пробегает по спине волной мурашек, словно сама ночь обжигает холодным и влажным, неживым дыханием. Тревога запускает острые холодки в тело, подбираясь к сердцу… Почти дотягивается… Еще немного и страх заполнит все существо, заставит сорваться с места и всполошенным зайцем метнуться назад, прочь из этого страшного места, под защиту прочных стен и дверей, к теплу и свету… Прочь!
Страх все ближе. Словно живое существо, мелкий падальщик, он протягивает свои окоченелые пальцы к сердцу… Касается…

И отдергивается от того, что видит на месте лакомой добычи! 

Тяжелая, ледяная ярость, 
собранная в тугой комок,
с рычанием голодной бездны
вершит свой танец
на том месте,
где только что бился в страхе
вкусный кусок горячей плоти.
Нездешний, инфернальный, пограничный ужас
питает это сосредоточие гнева!
Ярость!
Ярость, что древнее самого мироздания,
тугой волной плещет в слабые человеческие артерии,
безумная сила проклятых,
забытых миром богов
рвется наружу —
прочь из тесной клетки ребер!
Веер жгутов запредельной силы распускается
во всем своем мрачном и торжественном великолепии,
пробивает свой путь нечеловеческим криком,
разрывающим ткань мироздания!
веером шипованных лезвий
пробивающим путь туда,
где способны
слышать
НАШУ
МОЛИТВУ!

Путевые заметки. Люди тайги (репост из ЖЖ, 2010 г)

Раньше я приезжал сюда (*маленький городок в северной части Урала*) не более чем на двое суток, поэтому питался в гостинице и на заводе. 
А тут пришел я в ресторан. Сначала долго искал из окна выданной мне машины заведение, в которое было бы не страшно войти. Но добрый водила подсказал, что есть, мол, такой бар тут приличный… Приехали. Зашел. Интерьер действительно на неплохом уровне — массивное полированное дерево, отделочка такая приятная, полумрак… Даже персонал симпатичный и приветливый.
Сел, заказал себе обед. Ничего особенного не заказывал — салат, первое, второе, стакан колы.
Все быстро принесли, расставили. Поел (порции большие, а главное — вкусно!), попросил счет.
Читаю счет… Итого: 208 рублей. Я сначала не понял. То есть конечно я предполагал, что обед по московским меркам стоящий около 1000 рублей, будет здесь дешевле, чай не в первый раз по России катаюсь… но настолько…
Положил в папку со счетом 300 руб (с расчетом «на чай»), пошел одеваться гардероб. Меня догоняет молоденькая официантка, на вид — вообще класс 10-11 (диалог передаю примерно):

— Вы сдачу забыли! 
— Девушка, это вам — на чай.
— Да чай меньше стоит…
— о_О
… пара секунд на осознание сказанного…
— Девушка, просто оставьте сдачу себе.
— Ой, да за что?! Не надо!
… еще пара секунд, пока мой испорченный мегаполисом мозг обрабатывает задачу…
— У вас тут не принято сдачу оставлять официанту?
— Нет, что вы! У нас приличное заведение, у нас ЭТО ВКЛЮЧЕНО В СЧЕТ! — И сует мне сдачу.

Вот тут я обалдел, пристыженно забрал свои 92 рубля и ушел :)
Теперь пишу, а в голове роятся глубокие философские мысли о цивилизованных людях и НОРМАЛЬНЫХ :)

Не игра, 2008.

Вот вы говорите STALKER, Зона, мертвая и одновременно живая земля Чернобыля. Мутанты, аномалии, радиация, бесстрашные сталкеры. Прекрасно, конечно. А вот доводилось ли вам бывать в городе Н, К-ской области? Думаю ,что нет, потому что ни один разумный человек туда по своей воле не попрется. Глушь, дичь, отсутствие дорог (пара «направлений» и железная дорога-одноколейка) и никакой экологии.
Недавно я там побывал.

Лес. За лесом – поле. В поле – бетонный забор, тянущийся на десятки километров. За горизонт. Колючка. Следополоса. Вышки. Пустые. С края огороженного пространства – огромный химический завод. Десятки тысяч рабочих. А за забором – Зона. 
Это территория, ничуть не приветливее чернобыльской отчужденки, только вместо (помимо?) радиации, тут — химия. Непригодная для жизни среда. Местность, изрезанная оврагами. Сухая трава. Арматура, обломки автобусов и грузовиков, бетонные конструкции то ли недостроенные, то ли разрушенные. Давно не работающие трубы. В одной железяке угадывается высоковольтный столб ЛЭП, скрученный неведомой силой в спираль. Лужи и болотца, наполненные (даже из-за забора видно) совсем не водой, а чем-то, курящимся легким дымком.
И тишина.
Ближе к вечеру с территории раздался мощный подземный гул. Я спросил у местного коллеги, что это. Он ответил, что это в резервуар (в зоне было такое естественное озеро, а ныне – резервуар для отбросов) слили «кашку». Так и сказал: «кашку». Позже выяснилось, что «кашка» – это взвесь отработки, состав которой – адская смесь азотосодержащих веществ, вымываемых из цеховых чанов водой. Убивает все живое, но зато дальше, за радиусом поражения, получается «зеленая полоса» — трехметровая крапива, борщевик с дерево…
Здесь тоже есть мутанты. Например, есть одичавшие собаки. Половина из них – полностью лысые, с серой кожей. Иногда эти твари приходят к заводу, но никогда не покидают зону. В зоне живут «дядьки» — это особый сорт бомжей. Наверное. Выглядят они ужасно, иногда выходят в магазины в поселках, а потом опять уходят в зону. Сам их не видел. Еще есть Лихо. Что такое Лихо – никто не знает. Но оно всегда истошно орет и плачет перед выбросом… часа за два. За это и получило прозвище. Да, кстати выбросы тут тоже бывают.
Выброс – это не слив в резервуар. Выброс – это аварийный выплеск в зону всякой дряни. Бывает он при авариях на химкомбинате, при разрывах чанов и т.п. Срабатывает защита и потоками воды и солевых растворов всю пролитую дрянь вымывает в Зону. Потом в городе долго идет розовый или желтый снег… а если выброс летом, то наползает туман. Если с зоны ползет туман, то люди берут противогазы, имеющиеся в каждом доме, и идут в убежища. Спокойно и без паники – привыкли… Но туман бывает редко. На всякий случай, после выброса, с недельку люди прячутся от дождей. В 2001-м после выброса был дождик, который во всем городе смыл краску с машин, но люди не пострадали.
Здесь тоже есть свои «сталкеры». Просто так в зону нельзя войти – ее охраняют солдаты местной части. Но можно договориться. Иногда в зоне пропадает то один, то другой житель города или окрестных поселков. Зачем туда полез – неясно. Но говорят, что идут туда люди сами. Кто – поискать запчастей для трактора, кто селитры халявной начерпать – удобрение все-таки. Местные говорят, первые годы, еще в 50-х, искали пропавших с милицией. Но однажды не вернулся наряд, посланный на поиски тракториста местного. Пропал. Не нашли. С тех пор больше не искали. Иногда приезжают какие-то мужики в форме на дорогих джипах, военные их пропускают. Потом с зоны долго слышится стрельба. Через некоторое время (иногда – через несколько дней) джипы с дядьками уезжают.
Иногда в зоне бывают свечения. Как маленькие северные сияния или блуждающие огни. Огни сам видел. Жутко. Напоминает масляные лампы, в которых сгустки масла поднимаются и опускаются, меняя форму и светясь. То же самое, только контуры размыты сильно. Что-то светится зеленовато или желтовато и внутри себя перетекает. Звука нет или его неслышно. Говорят, за свечениями этими приезжали экстрасенсы из района. В зону не пошли. Уехали быстро и сильно пьяные.

Местные писали письма с просьбой сделать что-нибудь с Зоной. Лет тридцать писали. Почти в традицию вошло. Бесполезно.

Наверное, в таких местах есть что-то особо притягательное. Какая-то тайна, не дающая покоя… Если просто стоять у окна завода, выходящего на Зону, то через некоторое время понимаешь, что ты хочешь туда. Тебе надо туда. Ты там забыл что-то очень важное.
Затягивает.

______________
Название города мне пришлось убрать – он является секретным, а завод в нем – режимным предприятием.