Мегаполис. Картинка в словах.

Представьте… Обычная ночь. Мегаполис, как всегда, не спит. Шум двигателей, гудки машин, безумная иллюминация, огни небоскребов, освещенные улицы, голоса поздних прохожих и гомон подвыпивших компаний, периодически слышно, как с сиреной пролетает скорая или МЧС. «Толпы спокойны и люди спокойны» (с)…

На безумной высоте летит не подсвеченный ни на одной из доступных земле частот аппарат. Бездушный, не рассуждающий, мертвый. Его электронный мозг строчку за строчкой, слой за слоем читает матрицу пространственных координат, тут же стирая уже пройденный маршрут. Сопла послушно меняют угол реактивной струи, подчиняясь механике сервоприводов. Аппрат не имеет опознавательных знаков, в его памяти не хранится никакой информации о том, откуда он и чей он.

В мегаполисе становится тише. Скоро рассвет, а пока — темно и чуть влажно — на стеклах припаркованных машин выпал роса, придавая им блеск в свете фонарей и вывесок. Последние гуляки расползлись по норам, ветерок из парков усиленно пытается прогнать гарь и духоту — остатки прошедшего дня. «Вуаль Ночи спустилась. Храмы и Святые места спокойны и темны» (с)…

Аппарат заходит в точку снижения. Несущие крылья отстреливаются, их тут же уносит во тьму — больше они не понадобятся. Раскрывшиеся полудуги оперения стабилизатора начинают заунывную песню рассеченного воздуха, закручивая аппарат, входящий в гиперболу падения. Электронный мозг больше не читает координаты — они кончились, дальше движением управляет неумолимая физика. А мозг запускает внутри матового корпуса другие процессы…

Небо над мегаполисом начинает чуть-чуть светлеть, уже смутно видны столбы пара над трубами тепловых станций…

Размытая в движении черная точка воющей иглой несется в сердце города…

Город просы…

Свет.

Сначала безумный, ярчайший свет.

Звука нет. Там, где он слышен — его уже некому воспринять.

Там, где успевают увидеть свет, звука еще нет. Он придет потом, следующей поражающей волной.

Свет меркнет, открывая взору тех, кто не ослеп сразу, огненный шар. Нереально огромный, клубящийся и растущий — город на его фоне кажется игрушечным.

Шар быстро достигает облаков, пожирая пространство, уничтожая саму материю, оказавшуюся в жерле атомной печи. А вокруг него, словно круги по воде, по небу стремительно расходятся окружности мгновенно превратившейся в ничто атмосферной влаги.

И тут приходит звук. Звуковая волна разбивает стены, спресованный воздух, раскаленный до температур Ада уносит в полет целые здания, разрывает на мельчайшие часицы все, кроме камня и толстого металла, на оплавленной поверхности которых которых навечно останутся фотоотпечатки тех, кто стал свидетелями огненной смерти.

Все живое уже мертво. Ни одного человека, ни одной травинки. Только обугленные и разорванные трупы. Но тут настает очередь следующей поражающей волны. Пламя. Огненный ураган проходит над мертвой землей, вычищая ее от органической скверны, оставляя пепел.

Пепел, который будет подхвачен бушующими ураганами, закручен и поднят в небо… но не потому что это красиво и романтично, а потому что его роль — принести смерть и боль в другие места. туда, куда не дотянулся смертоносный свет, куда не дошел разрывающий звук, куда не долетели испаряющие пламенные языки. Пепел соберется в облака, чтобы с дождями принести самую жестокую часть Огненной Смерти — радиацию. И будут рождаться уроды, будут умирать от рака те, кто не умрет в первые месяцы от лучевой болезни, пластификации костей, разжижения тканей, ожогов, не убивших на месте, и прочих меток Огненной Смерти.

К чему это? Да ни к чему. Просто решил нарисовать картинку в словах. Понравилось?

Добавить комментарий